3,14здец-байка про туристок, которые шлюхи

Это писец, уважаемые, это за пределами вообще всех возможных пониманий и объяснений. Я даже не плакала, я визжала недорезанным свинтусом от смеха. На меня квадратными глазами смотрел мой муж, а потом я, утирая слезы, рассказала ему историю «с конца к началу», и визжали уже мы оба. Впрочем, я лучше расскажу теперь все по порядку. Это писец, уважаемые…

Акт первый. Понедельник.

Приезжает в город сестра моей замечательной подруги, назовем ее Машей. Так вот, Машин муж работает в том же отеле, в который селится барышня. В силу определенных обстоятельств под названием институт-экзамены-сессия Машке надо еще полтора года проторчать в Питере, а потом же счастливо соединиться с семьей. Поэтому пока они живут порознь и просто созваниваются, а в каникулы Маша приезжает. Ну а пока не каникулы, приехала машина сестра.
Тут же к красивой девишке присматривается местный шеф анимации, существо насквозь симпатишное, но блядующее с такой резвой скоростью, что помрут от желчной зависти быки-стахановцы, передовики коровьего производства. Кролики передохнут, не выдержав конкуренции даже коллективом против одного! И, естественно, в отеле о похождениях этого гиперактивного мачо не знает разве что глухая бабушка кухонного менеджера, вздумавшая погостить пару дней у внучка. И то, не знает, потому что была в Луксоре на экскурсии.
Девушка еще даже не успела с этим спермопулеметчиком за ворота отеля выйти, только приглашение на подобный моцион получила и не ответила гневным пинком под жопу наглецу, а обещала, как это свойственно вежливым русским туристам, «подумать». Что было расценено как «а куда она денется, я же мачо хоть куда! Первый парень на деревне, а в деревне один дом!». В общем, в глазах главного осеменителя отеля дело было сделано. О чем он не преминул в тот же вечер растрепать всему отелю так, как будто уже съездил, трахнул и на память селфи сделал.

Акт второй. Вторник.

Ранним утром, едва выйдя на работу, муж Машки начал получать заговорщицкие шифровки от коллег. Смысл тайных похождений персонала, от генерального менеджера до глухой бабушки отельного кухонных дел мастера сводился к тому, чтобы шепотом, на ушко, пока никто не слышит, сообщить: а в курсе ли достопочтенный мистер Мустафа, что сестра его благословенной жаны, да будет к ней Аллах всегдажды милостив, шлюха, прости-господи? Сестра, в смысле… шлюха. А следовательно, мистеру Мустафе необходимо критически присмотреться и к собственной красавице-жинке, яблочко ведь от яблони, как говорится, того…
Маша, икая утренним кофе, таращилась в скайп и пыталась понять, за что ее сестре, заметим, взрослой и свободной женщине, имеющей право и налево, и по центру и вообще всех в жопу раком и боком, приписали подобный позорный эпитет. Неужели она стала проделывать физиологически оправданные и здоровьем объяснимые вещи за деньги? В понятии русских людей шлюха – это которая не только от нехватки витаминов е-бэ-цэ избавляется, но еще и зарабатывает на этом. А ежели не зарабатывает, а вполне себе здоровья для и культурненько, да еще и не будучи замужем, зато будучи на отдыхе… так, блин, имеет же право!
О чем она, собственно, супругу и сообщила. Что сестра – человек взрослый, свободный, никакими обещаниями не скованный и имеющий право хоть с аниматором, хоть с чертом лысым, тем более, на отдыхе.
Но в понятиях египетских курортных убожеств это все выглядит совершенно не так. В их понятиях, если баба дала не тебе, а другому, то она шлюха. И ее надо «наказать» любыми доступными способами. Например, растрепать всему отелю о том, что она шлюха. И каждый, который тоже дрочил втихомолку на ее круглую задницу, но понимал, что его личные козыри против аниматорского дымящегося ствола не пляшут, поддержит сей флешмоб, так как он такой же 3,14здюк и баклан с кривой мордой и нулевыми шансами трахнуть что-то симпатичнее деревенской козы на дядькином ранчо.
О чем, собственно, мистер Мустафа тоже сообщил своей супруге, объяснив, что теперь, так как сестру его жены считают шлюхой, то по умолчанию будут считать шлюхой и его, мистера Мустафы, жену. В общем, хоть работу меняй.
Возмущенная Машка тут же позвонила сестре, дабы напомнить: перед самым отъездом она, уже будучи достаточно осведомленной в египетском менталитете, попросила сестру «ничего такого не делать, дабы не порочить репутацию». Сестра пообещала, сестра сделала. Она же с аниматором никуда не ходила, она просто сказала, что подумает. Но для излишне самоуверенного петуха с ирокезом и этого «подумаю» было достаточно, потому что он вообще не привык, что ему отказывают. Тем более, не привык к тому, что женщины могут между случайной аниматорской писькой и честью сестры выбрать второе. Поэтому он уже всем насвистел, что «дело сделано». Правда, потом пришлось спасаться бегством от разъяренной машкиной сестры, до которой быстро донесли, что к чему, и кем ее, значится, этот козел душной представил… Говорят, что надо было звать представителя книги рекордов Гиннеса, чтобы фиксировал крейсерскую скорость, с которой наворачивал круги вокруг бассейна ошалевший аниматор, потому что машина сестра, девушка хоть и симпатишная, но габаритная, на полном серьезе намеревалась открутить ему лишние органы и скормить ближайшей красноморской акуле.

Акт третий. Среда.

Машка рассказала мне эту историю, я посмеялась. А через пять минут мне позвонила моя подруга и, произнеся волшебное слово «Сюрприииииз!», заявила, что она вообще стоит на углу нашего квартала и она бы до нашего дома дошла, но не помнит дом, а адресов в Хургаде нет, у каждого дома свое название, и «Аману» она не помнит. В общем, мне предстоит ее пойти и на углу встретить. А она нас с Сашкой водкой и зефиром угостит. В смысле, меня зефиром, Сашку водкой. Я счастливо поскакала встречать Иришку, мы с ней благополучно шваркнули кофейку, повыгуливались по магазинам и отлично провели время. А потом Сашка ее сдал своим бывшим коллегам на яхту, прогуляться. Я не посчитала своим долгом предупреждать Иришку о чем бы то ни было, мне она не сестра, человек свободный, на отдыхе…

Акт четвертый. Четверг

Оказывается, Саня, наивно полагая, что «так лучше ж будет!» представил Ирину именно как мою сестру! С одной стороны, правильно сделал. К ней особо сильно никто не прикапывался. Но гид явно был настроен на то, чтобы пощупать мою подругу за пару аппетитных булочек, пару раз даже весьма настойчиво обтерся рядом этаким мартовским котом. Ну а что, на яхте борта такие узкие, не протиснешься! Девушка, правда, намека не поняла. И на все притязания ответила весьма однозначно: полным игнором. Гид, кааанечно же, страшенно обиделся. Но ничего говорить не стал и козней строить тоже не подумал, как же, обидеть сестру сашкиной жены – это страшное дело. Саня – это сто килограммов чудовищной силы, если у него забрало на лоб опустилось, Саня берет разгон с низкого старта и таранит противника кудрями так, что тот, вне зависимости от комплекции, красиво взмахивает четырьмя конечностями и летит журавлем навстречу ближайшей мебели. Хорошо летит!

Акт пятый. Пятница.

Иришка присмотрела себе другого хабиба, точнее, другого гида. На сафари. Я лично не имею против никаких аргументов. Человек свободный, старостью не обиженный. Пуркуа бы и не па, как говорится. Но по старой египетской традиции наутро об этом знал весь город. Иришке-то пофигу, она совершенно четко представляла себе последствия и, пожимая плечами, заявляла, что ее это абсолютно не колышет, камнями за измену не закидают, потому что изменять по сути некому, она же сингл леди. Ну да, подумала я, логично.
Но в тот же день, правда, вечером, к Саше со скорбной рожей подкатывает гид с яхты и докладывает как Алекс Юстасу, что сестра его, сашкиной, жаны… то бишь меня, этоть… натуральнейшая шлюха! Видите ли, с гидом сафари вчера… там… вот так и еще вот так. Саня, опустимши кудри пониже, уже нацелился лбом на гида, тот понятливо слинял, пока в полет не отправили… а затем, значит, подкатывает моя вторая половина ко мне и горестно вопрошает: пошто же твоя подруга меня так подставляет? Я ей, значится, экскурсию, а она, значится…. И тут я перебиваю и спрашиваю, не тому, видать, дала-то? Стояла избушка задом, а ему, вишь, не тем фасадом? Он, значит, героически блюдет, боясь нарваться на санькин праведный гнев, а какому-то хмырю с сафари, значится, все можно?
Саня сначала не понимает, что произошло…. Он мне начинает пояснять, что, дескать, если сестра жены того, то и жена, значит, тоже того…. В этот момент я вспоминаю машкину историю из первого акта, сползаю, хрюкая, с кресла, и начинаю дрыгать ногами в такт хохоту. Потом, отсмеявшись, рассказываю Сашке ту же самую историю. В том числе, про аниматора, которому тоже не дали, а визгу было на весь район… и, утирая слезы, спрашиваю: а гид-то этот ваш с яхты, страшен, небось, как трухлявый пень, а туда же, мнит себя красавцем? Небось пару раз трахнул каких-нибудь забредших немок пенсионного поколения и возомнил себя чудо-мачем? А на самом деле обнять и плакать, а потом денег на пластического хирурга пожертвовать, али придушить, чтобы не мучился? Саня, почесав репу, кивает. Страшон как етить твою мать, и такого же уровня самомнение. А тот, который с сафари, объективно куда посимпатишнее будет, ну хоть не так разит рыбой и вчерашними несмытыми с жопы какашками? Да? Именно так и есть. Выбор, как говорится, был очевиден.
Саша (умница у меня муж) снова переваривает историю машкиной сестры, Иришкиных похождений, моего заливистого смеха под письменным столом… и присоединяется ко мне на полу, дрыгая ногами и хрюкая от хохота! Ыпстец мужики в Хургаде, слов нет…